Одежда законодателя

Первые сведения об ассоциациях художников во Франции

Тенденция корпоративной замкнутости, эгоистические придирки к новичкам – все это было свойственно художникам еще задолго до учреждения Академии. Как только работники искусства покидают монастыри и свободно, в одиночку, начинают заниматься своим делом, они сознают необходимость объединиться, заставить признать свою социальную значимость, защищаться от себе подобных, охранять свои интересы, – тогда и рождается Академия, не являясь еще официальным учреждением.

Первые сведения об ассоциациях художников во Франции относятся к 1391 г.  Эти парижские художники, объединяясь, преследовали лишь одну цель, не допустить «падения искусства забвением добрых нравов». Они старались руководить вкусами заказчика и производили строгий отбор среди художников с тем, чтобы «сведущих в ремесле людей» (иначе говоря членов-учредителей ассоциации) не смешивали с «негодными пачкунами», к которым обыватели по невежеству зачастую обращались с заказами. Борьбой за существование объясняется возникновение подобных организаций и уставов. Как и в других корпорациях, важно было получить звание «мастера». Добивались этого после длительного и дорого стоящего испытания, по большей части излишнего, но цель которого вполне ясна устранить или, по крайней мере, ограничить конкуренцию, свести к минимуму число «сведущих людей». Королевская Академия живописи и скульптуры ставит себе по сути дела те же цели. Самое существо этой организации, привилегии, которые она предоставляла, основываясь на принципе неравенства, находились в явном несоответствии с идеями 1789 года.


Члены Академии делились, согласно академическим статутам, на три неравноправные категории: «действительные члены»-директор, ректор, профессор и администрация, «академики»-не пользовавшиеся правом присутствовать на всех заседаниях «действительных членов», и, наконец, «причисленные» – живописцы и скульпторы, которым разрешалось выставлять свои произведения в Салоне, ранее предназначенном только для академиков и действительных членов. Произведениям «причисленных», какова бы ни была их художественная ценность, отводились в Салоне только темные углы. «Действительные члены» и «академики» относились к ним, как к бедным родственникам, к которым снисходят. Только по представлении особо значимой вещи «причисленный» получал звание академика и тем самым право постоянно выставлять свои произведения в Салоне.

Официальное обучение изящным искусствам, являвшееся необходимым условием, чтобы попасть в «святая святых» и добиться материального благополучия, было сосредоточено в руках «действительных членов». Устаревшая программа, опиравшаяся на отсталые теории, всемерно стесняла творческие порывы молодежи. Давид тщетно добивался введения одного сеанса в месяц только одного -рисования по античным образцам. Его предложение, сочтенное «опасным», было отклонено «действительными членами».

Жермен Друэ лучший ученик Давида, умер, так и не попав в Академию. Несмотря на его неоспоримый талант, несмотря на все ходатайства учителя, не удалось организовать в Лувре выставку его посмертных произведений, с чем долго не мог примириться Давид.

Парижане взяли Бастилию. Теперь очередь была за художниками разгромить Академию. Однако вопрос о немедленном ее упразднении не ставится, художники считают, что достаточно коренной реорганизации этого учреждения.

В декабре 1789 года тринадцать «академиков», из самых молодых, требуют пересмотра устава «корпорации избранников», к которой сами принадлежат. Просьба их составлена чрезвычайно сдержанно и почтительно. Они ставят только несколько вопросов и скромно говорят об искоренении злоупотреблений, «если таковые имеют место». В осторожных и старомодных выражениях «недовольные» высказывают пожелание, чтобы в будущем «действительные члены», «академики» и «причисленные» работали вместе на равных началах.

Вьен, директор Академии, сначала готов было согласиться. Он просит диссидентов (т. е. недовольных) составить докладную записку, которую обещает представить королю.
Одежда законодателя
Одежда законодателя

Вас может заинтересовать