Высокое искусство и промышленный дизайн

Существует довольно мрачный взгляд на близость высокого искусства и дизайна — их сегодняшний более или менее сопоставимый уровень связан не с прогрессом дизайна, а скорее с упадком искусства. Обычно это связывают с влиянием арт-рынка, где художники подстраиваются под господствующие модные направления. (Один знакомый как- то заметил, что если Музей современного искусства объявит о выставке фигуративной живописи, вся 10-я улица будет запружена фигуративистами, хотя только вчера там были только абстрактные экспрессионисты.) Возможно, так и есть, но проблема не в этом. Плохие художники притесняют хороших разве что на рынке. Искусство и дизайн сближаются не по причине меркантилизма, а из-за оскудения творческого потенциала художников.

Меняются и правила игры. Жизнь по-прежнему коротка, а искусство по-прежнему долговечно, но если продолжительность жизни человека постоянно увеличивается, то жизненный цикл произведений искусства подчас сжимается до считаных мгновений. Если раньше коммерческое искусство было легко задвинуть на второй план из-за его эфемерности, то сейчас, на фоне лэнд-арта Роберта Смитсона и завернутых в ткань небоскребов Христо *, этот критерий больше не действует. Коробка из-под хлопьев и та хранится на полке дольше, чем здание простоит в обернутом виде.

Ситуация становится еще менее понятной из-за взаимного влияния искусства и дизайна. Мондриан оказал такое колоссальное воздействие на американский дизайн, что любая сигаретная пачка с пересекающимися под прямым углом линиями мгновенно получала ярлык «мондрианов- ской». Использование искусства в рекламе — прочно укоренившаяся американская традиция. В 1950 году компания «Контейнер корпорейшн» запустила рекламную серию под общим названием «Великие идеи западного человека», проиллюстрированную такими художниками, как Эвергуд, Леже, де Кунинг, Мур, Линднер, Тамайя, Шан и Ман Рэй.