Изучая первые шаги Коро юноши до его поездки в Италию в 1825 году, можно убедиться в том, что эти ранние вещи, например «Автопортрет перед мольбертом», полностью совпадают с первыми этюдами, писанными в Риме в декабре 1825 года, «Монто Тестаччье», «Колизей» и другие. Уже «Форум», датированный мартом 1826 года, показывает огромный шаг вперед в смысле живописи и передачи. Но окончательно оформленным мы видим так называемого римского Коро только в этюдах 1827-1828 годов — «Замок св. ангела», «Панорама Кампаньи» и другие.

Приезжавший в Москву покойный директор берлинской Национальной галереи Чуди был несказанно удивлен, впервые увидев в Третьяковской галерее пейзажи Сильвестра Щедрина, которые я ему показал. Прочтя на картине «Старый Рим» дату «1824 год», он спросил меня: «Скажите, мог Коро видеть этого человека в Италии?» Видеть он, конечно, мог картины Щедрина, в 1825 году уже очень популярного в Риме, но едва ли он встречался с ним лично, так как Коро прибыл в Рим в начале декабря, а Щедрин уже в июне уехал оттуда в Неаполь с тем, чтобы более не возвращаться. Коро в эту поездку в Неаполе, по-видимому, не был. Во всяком случае, то типичное для последующего периода живописи Коро окутывание предметов воздухом, которое получило у французов специальное название «enveloppe», появляется в римских вещах Коро (и то лишь в зачаточной форме) только в 1827-1828 годах, когда мы этот живописный прием видим уже в полном расцвете у Щедрина. Хотя вопрос о взаимоотношениях обоих художников не может считаться выясненным, не исключена возможность влияния щедринских картин на перелом в живописи Коро, обозначившийся в 1827 году.

В собрании Шошара сосредоточены, быть может, лучшие картины, когда-либо написанные Коро. Среди них есть большой холст «Вытаскивание сетей» 1871 года, отличающийся таким чарующим серебристым тоном, какого редко достигал даже этот волшебник серебряных гамм.